Природный инстинкт. Рецензия на фильм «Айка»

Если бы Алексей Балабанов родился в Европе и рос на «Догме» и фильмах братьев Дарденн, то данный фильм уж точно занял бы видное место в его фильмографии. Это одна из мыслей, возникающая при просмотре выдающейся «Айки» Сергея Дворцевого, но при этом намекая скорее не на какие-то художественные аллюзии картины, а на её высокий профессионализм даже по европейским меркам. Тематически «Айка» и вовсе уникальное произведение для российского кинематографа, описывающая сюжет, к которому, кажется, до этого никто ни разу столь ответственно и глубоко не подходил.

kinopoisk.ru-Moy-malenkiy-3316087.jpg

Но перед тем как полностью погрузиться в описание основной задумки и её реализации на экране, необходимо затронуть ещё одно выдающееся достижение «Айки», которое находится на поверхности, о котором крупным шрифтом кричит каждый постер и на которое даже сам режиссёр просит делать акцент в любом профессиональном обсуждении своей картины. Самал Еслямова, исполнительница главной роли, на прошедшем Каннском кинофестивале удостоилась пальмовой ветви за лучшую женскую роль. Это достижение исключительное для всего отечественного кинематографа. За всю историю ни одна российская, советская или родом из любого государства СНГ актриса не награждалась подобным, невероятно престижным, титулом. Да, мы помним о «Золотой пальмой ветви» величайшей картины Михаила Калатозова «Летят журавли», но даже исполнившая партию Вероники Татьяна Самойлова не получила личную награду за актёрское искусство. Казахская актриса Самал Еслямова становится первой и пока единственной, тем самым навеки вписав себя в историю российского кинематографа. Впечатляет? Это вы ещё не видели её в фильме!

kinopoisk.ru-Moy-malenkiy-3316096.jpg

События «Айки» развиваются в течение пяти дней. Главная героиня, чьё имя вынесено в название, только что перенёсшая роды, сбегает из роддома через окно туалета. Она обессилена, обезвожена, у неё кровотечение, о котором она пока не догадывается, единственное, что не даёт ей упасть, это выписанные врачом таблетки, что она запивает снегом по пути куда-то. Как вскоре выясняется, Айка спешит на работу, в какой-то сомнительно легальный цех по общипке и обработке кур. Мы понимаем, что она там работала и будучи на последних месяцах беременности, а теперь, превозмогая боль, как физическую, так и душевную из-за необходимости бросить своё дитя, Айка приковыляла в последний рабочий день, ибо смертельно нуждается в деньгах. Но, погрузив обработанных кур в машину, работодатель в своём грузовике поскорее сматывается от девушек, работавших месяцами до седьмого пота, не выплатив им ни рубля из обещанной суммы. Мы понимаем, что судьба в очередной раз отвернулась от Айки. Единственное, что понять пока не можем – как же она могла бросить собственного ребёнка?

kinopoisk.ru-Moy-malenkiy-3316086.jpg

Ответ на терзающий зрителя с первых сцен вопрос принимает свои очертания постепенно, вместе с последовательным и уводящим за собой в кроличью нору повествованием. Побег работодателя с деньгами и курами оказывается лишь малейшей неприятностью на пути героини, дальше же мы становимся свидетелями настоящей одиссеи по враждебной, заснеженной Москве, напоминающей события фильма Кристи Пую, ярчайшего представителя новой румынской волны, «Смерть господина Лазареску». Айка родом из Киргизстана, поэтому у неё серьезные проблемы с трудоустройством, регистрация просрочена, жить ей приходится в какой-то душной комнатушке с тремя другими эмигрантками, родственники постоянно звонят и трясут героиню, мол, когда переведёшь нам деньги, и всё это сопровождается невыносимой болью внизу живота и кровотечением, вызванным ещё буквально вчерашней операцией. Но Айка понимает, что если она не найдёт работу в самое ближайшее время, ей попросту не выжить здесь, в Москве.

kinopoisk.ru-Moy-malenkiy-3316088.jpg

Заснеженная Москва – это определённо ещё один полноценный герой фильма. Снег и метели, можно сказать, и вовсе сюжетообразующие элементы, от которых жизнь Айки уж точно проще не становится. Как впрочем, и жизни любых других эмигрантов из Средней Азии, приехавших в столицу на заработки. Сергей Дворцевой, сам выходец из Казахстана, показывает нам то, на что мы привыкли не обращать внимание. А именно жизнь тех, кто убирает мусор на улице, чистит снег, моет туалеты в торговых центрах, обслуживают посетителей в заведениях быстрого питания. В «Айке» зрителю предстаёт субъективная Москва, в данном случае глазами беззащитной киргизки. Именно поэтому мы видим не романтизированную Москву, не открытую и доброжелательную Москву, а Москву враждебную, не всегда сочувствующую, зачастую чуждую и бессердечную.

MV5BODg2Y2RmMmItZTE5Ni00MTVmLTk0ZmUtZjljMjI1Y2FkNTEyXkEyXkFqcGdeQXVyNTc5OTMwOTQ@._V1_.jpg

Неспроста между выходом дебютного полнометражного фильма Сергея Дворцевого, «Тюльпан» (там тоже играла Самал Еслямова, о чём напоминают тюльпаны на подоконнике Айки), и его второй картины прошло целых десять лет. На разработку «Айки» ушло шесть лет тщательного изучения проблемы – анализировалась эмигрантская жизнь в нашей столице, проводились консультации, собирались настоящие истории (некоторые из которых, как заверяет режиссёр, были ещё жёстче тех, что попали в итоговый вариант фильма). А также Дворцевой вместе со своим постоянным сценаристом Геннадием Островским пытались понять, что же сподвигло азиатскую женщину, испокон веков дорожившую своими детьми и славящуюся стремлением к созданию больших семей, бросить новорождённого ребёнка в роддоме без тени сомнения и сожаления. Такой подход роднит Сергея Дворцевого с Деброй Граник, одной из главных женщин-режиссёров независимого американского кино, также славящейся серьёзным подходом к изучению проблемы. Её новый фильм, вышедший также в этом году, минималистическая драма «Не оставляй следов», разрабатывался восемь лет, в течение которых Граник изучала жизнь затворников и психику вернувшихся с войны солдат с посттравматическим синдромом.

MV5BNTU2ZDA2ZTgtYjQwYi00NGExLWI0YTgtMzY5NWUzNzBiZDBmXkEyXkFqcGdeQXVyNTc5OTMwOTQ@._V1_.jpg

По своей теме и серьёзности поднимаемой проблемы «Айка» ― образец социального кино. Однако, при всём при этом, Сергею Дворцевому удаётся в своём достаточно тяжёлом и мрачном произведении найти место восхитительно прекрасному символизму. Боль в груди и сочащееся из неё молоко являются явными символами проявления природы человека, указывающими и зрителю, и героине на первобытное, инстинктивное стремление матери к своему ребёнку, а закольцованный образ новорождённых (сначала детей, а потом щенков), смотрящих прямо в камеру, не нуждается в словах и напоминает о настоящей магии кино. Игра Самал Еслямовой тут не поддаётся никаким сравнениям, это больше акт героизма, убийство немейского льва и лернейской гидры по меркам древнегреческих мифов. Это в первую очередь её невероятная заслуга, почему «Айка» ― один из тех уникальных фильмов, приоткрывающих глаза на картину мира вокруг тебя.

 

В прокате с 14 февраля.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s