ММКФ-2018: «Время чудовищ» и «Воспоминания о солдате»

Продолжаем делиться впечатлениями об увиденных в рамках Московского кинофестиваля фильмах. На очереди – участник конкурсной программы Берлинале «Время чудовищ» Лава Диаса и участник конкурсной программы уже непосредственно ММКФ «Воспоминания о солдате» Кима Джэ-хана.


Страна ночных кошмаров

SEASONoftheDEVIL-Still2-PioloPascual_HazelOrencio.jpg

Если использовать Ла-Ла Ленд как образное обозначение страны мечтаний, то её прямой противоположностью – страной ночных кошмаров – можно смело назвать Филиппины 70-х годов. Именно в тот злосчастный период над страной навис диктаторский режим президента Фердинанда Маркоса, который в 1972 объявил чрезвычайное положение и отменил конституцию. Наступила мрачная страница в истории Филиппин, которую самый известный филиппинский режиссёр с мировым именем Лав Диас окрестил «временем чудовищ» в своём одноимённом фильме, отобранным в этом году в конкурсную программу Берлинского кинофестиваля. На этот раз живой классик решил попробовать в новом жанре – мюзикле, а если точнее, то в рок-опере, однако ни веселия, ни желания подпевать при просмотре у вас точно не возникнет.

ang-panahon-ng-halimaw-3 (1).jpg

«Время чудовищ» ― это четырёхчасовое чёрно-белое кинополотно формата 4:3, изображённое в глубоко сфокусированном монохроме и состоящее из продолжительных статичных планов, снятых исключительно на закреплённую в одном положении камеру. Другими словами, просмотр этого фильма наслаждением не назовёшь. Но Лав Диас никогда и не снимал зрительское кино, он – автор с большой буквы, чей отличительный почерк (главная особенность которого кроется в продолжительности его работ) виден в каждом микромиллиметре кадра. Если мы скомпонуем четыре часа в два предложения, то его новая работа рассказывает историю двух людей – врача небольшой деревушки Лорены (Шаина Макдауа), которая становится жертвой проникающей всё глубже в страну диктатуры, и Хьюго (Пиоло Паскуаль), поэта-диссидента, а также мужа Лорены, который отправляется на поиски своей жены. Так или иначе, сюжет связывает героев с рядом других героев, например, со вдовой Кванго (Пинки Амадор), которая олицетворяет некий анималистический дух Филиппин, и, конечно же, с безжалостными солдатами под командованием генерала Нарцисо (Ноэль Доминго), изображенного двуликим ужасающим големом.

DFqrerXWAAA1RD6.jpg

Диас всегда снимает о родине, причём не о каком-то конкретном трагическом событии в истории своей страны. «Время чудовищ» хоть и рассказывает о событиях 70-х годов двадцатого столетия, кино также описывает положение дел и в сегодняшних Филиппинах, проводя аллегорию режима Нарцисо не только с правлением Маркоса, но и нынешнем президентством. (К слову, эту же проблему в стране, но без аллегорий и открытым текстом, затрагивает другой фильм, показанный в рамках ММКФ-2018 – «Чистильщики» из конкурсной программы документального кино.) Однако его предыдущая картина, лауреат «Золотого льва» Венецианского кинофестиваля «Женщина, которая ушла», в своей основе всё-таки имела повесть Льва Толстого, что придавало картине универсальности. При просмотре «Времени чудовищ» же складывается такое ощущение, что Диас замкнулся на национальной трагедии и подошёл к её изображению слишком лично. Отчего всем остальным зрителям будет не так просто проникнуться данной историей (хотя каждый вполне сможет вспомнить период диктатуры в своей стране, речь конкретно о русском зрителе), а все возгласы героев, исполненные нараспев, выглядят не как изобретательная форма выражения, а словно отчаянный крик о помощи. «Время чудовищ» ― всё ещё образцовая работа выдающегося мастера авторского кино, однако, имея в основании литературный первоисточник, того же Толстого или Достоевского, Лав Диас способен сотворить нечто более грандиозное, чем аллегория диктатуры на языке мюзикла.

Оценка: 3.5/5


Баллада о рассеянном солдате

464a74aa1f89445ab978fd67a7f45333.jpg

Представьте себе любой военный фильм, в котором самые обычные будни солдата, состоящие из тренировок с оружием, вступления в бой или действий в тылу врага, каждые 15 минут прерывались бы сентиментальными флэшбэками героя из времён его мирной жизни. Примерно так выглядит корейская военная драма «Воспоминания о солдате» (на самом деле «Воспоминания солдата», что намного логичнее варианта, предложенного на ММКФ), в котором эти самые «флэшбэки» вклинены в фильм не в виде привычных воспоминаний, а как мгновенные помутнения главного героя.

Герой этот – парнишка по имени О Чан-гун (Мэн Джэ-хан), спокойно проживавшей с матерью в глухой корейской деревушке, пока к ним не пришли солдаты и не устроили срочный призыв населения в армию, ибо началась война. Какая именно – мы не поймём до самых финальных титров: режиссёр Ким Джэ-хан ограничивается условными обозначениями «солдат с Востока» и «солдат с Запада». Одно мы знаем точно – война эта носит характер внутренний, возможно, гражданская, ибо униформа противоборствующих сторон едва различима друг от друга, говорят они на одном языке и вроде как обе стороны пытаются сделать лучше для одной и той же страны. Хоть и нет абсолютно никакой привязки к конкретным временным промежуткам, зрителю несложно разглядеть в данном противоборстве символическую попытку запечатлеть противостояние двух Корей – Южной и Северной. Но режиссёр намеренно уводит нас от конкретики, его задача – показать нам само состояние войны, её бессмысленность, беспощадность, вызвать ощущение войны, знакомое нам не обязательно по личному опыту, но по опыту коллективному, тянущемуся в каждом из нас через поколения.

image-w856.jpg

Именно в такую атмосферу попадает юный солдат О, которого призывают в армию, дают ружьё и приказывают пройти на стрельбище. Но стоит ему взять в руки оружие, как неожиданно для зрителя на стрельбище появляется Кот-Бун (Чо Хе-джон), жена главного героя, и исчезают все остальные. Она начинает рассказывать ему про то, как обстоят дела дома, как она собрала урожай, накормила корову и дальше в таком же ключе. Наговорившись вдоволь, Кот-Бун уходит, а режиссёр возвращает нас в реальность, которую реальностью так просто не назовёшь, ибо абсурд продолжается: на винтовку к уже приготовившемуся стрелять Чан-гуну садится бабочка-капустница, таким образом, меняя кардинально мировоззрение главного героя. Чан-гун решает, что это знак, и отказывается от оружия, заявляя, что он его боится, да и вообще война – не для него. Очень скоро один генерал донесёт до него крайне важную мысль: на войне никому не важно, чего хотят отдельные люди, главное – это то, что важно для страны.

Даже из названия понятно, что воспоминания солдата – основная художественная опора фильма, однако это же и его главный недостаток. Из-за них у картины складывается ужасно рванный ритм, а сентиментальные разговоры о хозяйстве и любимой корове, которая, между прочим, ещё и в положении, сводят на нет все попытки режиссёра изобразить пугающий и беспощадный образ войны. Мало того, что все эти разговоры с женой или матерью прямо в разгаре развитий военной жизни Чан-гуна буквально заставляют кино провисать с регулярной периодичностью, сама военная жизнь героя показана рядом непримечательных и в меру трагичных событий, которые в кино мы видели не раз. В итоге, первый час вырабатывает следующую динамику: солдаты готовятся к тренировочной стрельбе, флэшбэк, солдаты тихо-мирно сидят несколько минут в окопе, флэшбэк, герой с товарищем делится печеньем, флэшбэк… а потом нам внезапно доносят с экрана, что уже прошло два с половиной месяца службы Чан-гуна, за которые про мычание коровы мы услышали больше, чем про войну.

6882.jpg

Режиссёр пытается показать, как хрупкий телом и духом солдат, постоянно задающийся вопросами, ради чего эта война и какой в ней смысл, «станут ли все вокруг счастливыми, если мы победим?», использует странную форму эскапизма в воспоминаниях о любимых и родных с целью хоть маленько приблизиться к ответам. Но на деле получается скорее баллада о рассеянном солдате, который то замечтался, размахивая по сторонам винтовкой с сидящей на ней бабочкой, и его чуть ли не отправили под суд, то оказался окружён противником, пока сидел в поле и в очередной раз пустился в свои фантазии, не заметив приближения дюжины врагов. Отдельно отметить хочется выбивающиеся из жанра сцены, в которых главный герой смотрит на небо и видит нечёткое, но узнаваемое изображении Земли (подобно тому, как мы видим Луну днём, но приближённое в несколько десятков раз). Ким Джэ-хан намекает на то, что показываемая в фильме Корея словно бы расположена на другой планете. Если корейские режиссёры обращались бы к магическому реализму, то, наверное, это выглядело бы примерно так.

Оценка: 3/5

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s